Сейчас мне хотелось бы остановиться на том, как они полоскали мозги народу насчет «неэффективности» колхозно-совхозного строя, «ужасов» колхозной жизни. Так для чего Сталин вводил колхозы? Ради шутки, изыска, эксперимента? Нет, конечно, за великим решением была великая мысль.
Во-первых, в каждое время существует оптимальная технология обработки земли, обеспечивающая минимальную себестоимость выращенного урожая. И эта технология зависит, прежде всего, от того, какие машины для обработки земли научились делать люди. Всегда можно рассчитать объективные данные – например, для проведения пахоты в такой-то срок на таком-то участке потребуется столько-то машин такой-то мощности – при этом стоимость единицы обработанной площади будет минимальна. Причем, как правило, стоимость снижается с увеличением мощности – пахать 700-сильным «Кировцем» получается выгоднее, чем 75-сильным «ДТ».
Но даже относительно слабому «ДТ» не развернуться на крошечных единоличных наделах – следовательно, земли надо объединять и вести их обработку совместно. Именно для того, чтобы минимизировать стоимость произведенной единицы продукции. Логика, технология, математика настойчиво убеждали, что нужно объединять хозяйства, а против выступали косность, невежество и темные инстинкты собственника.
Во-вторых, после всех испытаний, которые перенесла Россия перед и после революции, резко упала товарность сельского хозяйства. Люди возвращались к натуральному хозяйству, производили хлеб – только себе на прокорм, выращивали лен – и делали домотканую одежду, сами шили сапоги и тулупы из шкур домашнего скота. Эту ситуацию надо было переломить, вернуть экономику из каменного века в век двадцатый. И она была переломлена – созданием колхозов и совхозов.
В-третьих, для проведения индустриализации нужны были людские ресурсы. Они и появились за счет того, что освободившиеся в результате коллективизации люди, ушли в город на стройки.
А теперь – процитирую высказывания нобелевских лауреатов по экономике.
Леонтьев В.В., профессор Гарвардского университета, лауреат Нобелевской премии за разработку принципов прогнозирования и программирования рыночной экономики [28]. «Удивительно высокие темпы экономического роста в 30-70-е годы резко упали в начале 80-х годов, несмотря на постоянно высокие темпы инвестиций. Причиной этого было – сейчас это открыто признается Горбачевым – необходимость перевооружения производства и очень неэффективное и расточительное управление самостоятельными производственными единицами в сельском хозяйстве, промышленности и во всех других областях народного хозяйства.»
Итак, Леонтьев признает, что в 30-70-е годы были «удивительно высокие темпы экономического роста». И называет причины их снижения: «очень неэффективное и расточительное управление самостоятельными производственными единицами». Перечитайте и задумайтесь: не истощение запасов Земли, не смена климата, не война, а всего лишь – управление!! Вот и вся причина резкого падения – смена управления. Почему же в 50-70-е годы управление было эффективным и бережливым, а в 80-е стало неэффективным и расточительным? Да по той причине, что в 50-70-е самостоятельными производственными единицами управляли еще управленцы и директора сталинской школы и закалки, а с 80-х пришли Горби и Ельцины, бездари и карьеристы, не умеющие руководить и управлять.
Производственные единицы остались теми же, что в 50-70-е, даже улучшили свое качество, – а вот управление стало никаким. Если машиной управляет умный, трезвый, умелый шофер, знающий все тонкости профессии – машина идет, как надо, и куда надо. А если за управление берется тупой, вечнопьяный всенародноизбранный, то, конечно же, он угробит машину. И не потому, что машина плохая, потому что он – ничтожество и неуч.
Из беседы лауреата Нобелевской премии Дж. К. Гэлбрейта с народным депутатом СССР, профессором Ф.М. Бурлацким [29]: «Когда было необходимо сломать феодальную структуру царской России путем передачи земли, власти, перераспределения доходов, социализм добился значительных успехов.
Когда страна перешла к созданию громадной индустриальной структуры – металлургических заводов, систем электрификации, транспортной сети, топливной промышленности, то, несомненно, система планирования, указания, исходящие от министерства и Госплана, опять же оказались весьма эффективными.
В конце концов, именно таким образом была создана великая индустриальная держава... Я изучал советские колхозы и совхозы, и меня удивляют здесь две вещи: во–первых, жизнь там намного легче и проще, нежели жизнь трудолюбивого семейного фермера. Мне кажется, сельское хозяйство эффективно лишь при эксплуатации – я имею в виду, когда личность эксплуатирует сама себя.
Во-вторых, меня удивляет большой штат бюрократических работников, дающих разного рода инструкции колхозам и совхозам».
Как видим, и другой гарвардец и нобелевский лауреат признает эффективность социалистической системы хозяйствования. Великая индустриальная держава была создана социалистическими методами.
Но вот о рассуждениях спеца по сельскому хозяйству стоит поразмышлять. Он утверждает, что жизнь советского колхозника «легче и проще», чем жизнь американского фермера. И, наверное, с этим трудно поспорить.
Вспомним, какое мощное строительство шло на селе в советские времена.
Помню деревню Овстуг, родину Тютчева – центр застроен кирпичными домами, «таунхаусами», как сейчас говорят, музей, больница, школа... Маленькая деревушка Торчино, Владимирской области, где бывал у знакомых – типовой сельский дом с городскими удобствами, паркетом, обширным подвалом – это дал совхоз. И роскошный Дом культуры, и школа, конечно, и воспоминания о самодеятельности, о библиотеке, которые были при Советской власти.
А вот пример совхоза «Екимовское» Рязанской области. Совхоз выделял технику, чтобы огород крестьянину вспахать, и сено для коровы накосить. Урожай собрали – совхоз выделяет 250-500 кг зерна – живность на подворье кормить. Это бесплатно, а прикупить можно было по себестоимости. И отопление было центральное, от совхозной котельной, и газ централизованно подводили. Ну, какой «трудолюбивый семейный фермер» может надеяться на такую поддержку, такой комфорт, общинную, коллективную помощь и взаимовыручку?
Вспомните кинофильм «Председатель» (кто не смотрел – очень рекомендую), где в главной роли блистал Михаил Ульянов!!! У этого персонажа был реальный прототип, Кирилл Прокофьевич Орловский. Председатель колхоза «Рассвет» в Белоруссии. Я там был. Увиденное можно передать только одним словом – сказка. Почитайте статью о нем [30]. Данные взяты из недавно рассекреченных архивов.
А что касается «большого штата бюрократических работников» – так давным-давно численность чиновников в маленькой и вымирающей «демократической» РФ превысила численность бюрократов в огромном Советском Союзе.
Но вот демшиза разогнали колхозы, разоблачили их сталинско-тоталитарную суть, выжгли, можно сказать, каленым железом это наследие мрачных времен.
И чего достигло сельское хозяйство после уничтожения колхозов, с 1990 по нынешний год? Вот данные из общественно-политического журнала Федерального собрания – Парламента РФ [31]. Посевные площади сократились на 40,9 миллион гектаров, со 117,7 до 76,8 миллионов га. Производство зерна в 2010 г. составило 67,2% к производству 1990 года. Несложный расчет показывает, что производство зерна сократилось пропорционально сокращению посевных площадей, то есть уверения демшизы, что они сокращают посевные площади, так как урожайность у частников выше – примитивное вранье, опровергающееся арифметикой.
А потребление продуктов на душу населения в год после разгрома колхозов сократилось так: мясо – с 75 кг до 35 кг, молоко – с 386 кг до 216 кг, яйца – с 297 до 229 шт, рыба – с 20 кг до 10,4 кг, сахар – с 47 до 25 кг.
Напомню, что в 1990 году, когда все эти абалкины и поповы, арбатовы и гайдары, липовые «академики» и туфтовые «экономисты» врали и обманывали, клеветали и втирали очки, были тысячи и тысячи нормальных, честных, трезвомыслящих людей, которые ясно и четко прогнозировали, предупреждали, что уничтожение колхозно-совхозного строя приведет именно к тому, к чему привело.
Но демшиза уже развязала с помощью Мишки Меченного по кличке Горбачев информационный террор – честных людей отлучили от газет и журналов, радио и телевидения, все СМИ были превращены «демократами» в грязнейшую клоаку, полную лживой пропагандой капитализма.
Нынешнее состояние с питанием таково (цитирую тот же «РФ сегодня»): «По данным мониторинга пищевого статуса россиян, проведенного Институтом питания РАМН, рацион среднестатистического россиянина страдает недостатком по многим питательным веществам. Дефицит составляет от 20 до 50 процентов в зависимости от региона проживания и времени года... Стоит ли тогда удивляться резкому росту числа хронических заболеваний у населения по всей стране и продолжающемуся вымиранию народа?» [32].
Таким образом, затеянная «перестройщиками» ликвидация созданной Сталиным колхозной системы было ни чем иным, как покушением на здоровье народа и организацией вымирания населения. И беспристрастная статистика подтверждает это со всей объективностью численных методов. При Сталине такие «реформаторы», организующие вымирание народа по миллиону в год, именовались врагами народа – и соответственно преступлению наказывались. А как назовете их Вы?
Но, может быть, передовые страны Запада ведут себя иначе в сельском хозяйстве? Давайте обратимся к статье Сергея Рязанова в газете «Аргументы недели» [33]. «Под видом западной либеральной экономики российские власти внедряют нечто такое, чего на Западе нет и быть не может. Деградация сельского хозяйства и соответственно сельского населения России – факт неоспоримый. Споры ведутся о том, что с этим делать. Академик Российской академии сельскохозяйственных наук (ранее ВАСХНИЛ) Владимир МИЛОСЕРДОВ утверждает: есть панацея – кооперация. Забытый опыт.
– Зачем кооперация нужна самим крестьянам и всем остальным, то есть стране?
– Сельская кооперация – это объединение крестьян для проведения совместных работ. Она избавляет сельское хозяйство от перекупщиков. Существует объективная закономерность: кто продает – тот не производит, а кто производит – тот не продаёт.
Мелкотоварный производитель не может сам искать рынки сбыта, а по-
тому нуждается в посреднике. Перекупщик вгрызается в мелкого товаропроизводителя, как клещ. Навязывает ему низкие цены, и крестьянину некуда деваться. В итоге перекупщик на коне, а крестьянин влачит жалкое существование. Доля затрат крестьянина в производстве сельхозпродукции составляет больше 50%, а доля его выручки – лишь 16–18%. «Клещу» достаётся вся маржа. Соответственно, у крестьян нет никакой мотивации, увеличивать своё производство, и хозяйство хиреет.
В рамках кооперации крестьяне избирают правление и создают все необходимые службы: переработка продукции, хранение, транспортировка и, наконец, продажа (если надо, для всех этих задач нанимают специалистов). То есть, от поля до кухонного стола потребителя товар идёт без всяких посредников. Крестьяне получают все деньги, что им положены, и у них есть стимул работать больше и лучше – сельское хозяйство страны развивается. Кроме того, в рамках кооперации появляется возможность «скидываться» и инвестировать в общее хозяйство, строить предприятия, либо тратить деньги на социальные нужды.
Эксплуатировать один другого внутри кооперации не может, потому что она основана на демократических принципах: один пай – один голос независимо от того, какого размера твой пай.
В начале 20-х годов прошлого века крестьянское хозяйство, обессиленное войной и событиями революции, лежало в руинах – сельхозпроизводство сократилось вдвое. Новая власть понимала, что безграмотное крестьянство может стать жертвой посредников. Потому способствовала кооперации, помогая кооперативному движению бюджетными деньгами и другими мерами. Например, государственным предприятиям было рекомендовано совершать закупки большей частью через кооперацию. В результате за пять лет, к 1926 году, хозяйство превзошло довоенный уровень.
Известно, что было потом. В воздухе запахло войной. Сталин решил: надо готовиться, причём в кратчайшие сроки. Аналогично тому, как Запад проводил индустриализацию за счёт грабежа колоний, Сталин брал с крестьян сверхналог, дань. А с кого было еще брать? Российская интеллигенция изначально никогда и ничего своему государству не давала, а с рабочего и рады бы взять, да у него товара еще нет. Крайними оказались крестьяне.
Кооперация обрела форму колхозов, которые просуществовали до конца советской эпохи. По сути дела колхозы являются высшей формой кооперации. Только управлять ими должны не тупые инструкторы райкомов ВКП(б). Управлять колхозами можно и нужно экономическими методами.
И вот наступили 90-е. Наши реформаторы – гребанные академики, паркетные специалисты, не знали сельского хозяйства, зато умели поговорить.
Вместо профессиональных вопросов их головы занимали идеологические догмы: переход сельского хозяйства на мелкотоварное производство, отстранение государства от регулирования отрасли, свободные цены и т.д. Кооперацию разрушили: она потеряла более 183 тысяч объектов. Значительная часть имущества кооперации под предлогом акционирования перешла частнику. В крупных населённых пунктах закрылись кооперативные магазины, не использовались мощности предприятий, площади оптовых торговых баз.
– Каков итог? – Посевные площади уменьшились на 42,5 миллиона га. До сих пор производство основных продуктов не достигло уровня 1990 года. Правительственные чиновники считают своим великим достижением, что по экспорту зерна страна вышла на призовое место в мире, тогда как производство зерна сократилось по сравнению с дореформенным периодом на 20%.
При этом резко вырос ввоз иностранного продовольствия – и продолжает расти. В 1989 году в страну завозилось продовольствия на 2,1 миллиарда, в 2005 – на 9,2 миллиардов долларов, сегодня – на 32,9 миллиарда.
Жизненный уровень сельского населения чудовищно снизился, молодёжь бежит из села, деревня вымирает. Ежегодно с карты России исчезает тысяча деревень, наша территория пустеет. А, как известно, свято место пусто не бывает.
– А каков опыт США?
– Сейчас в Америке не то что большинство, а почти все сельские производители охвачены кооперацией.
В 1990 году на заседании советско-американской комиссии по продовольствию в Вашингтоне тогдашний замминистра США по сельскому хозяйству лично сказал мне: «Если бы кооперация в США вдруг исчезла, наше фермерское хозяйство развалилось бы через полгода».
Вернувшись из Америки и находясь под сильнейшим впечатлением, я направился с предложениями к тогдашнему министру сельского хозяйства В. Хлыстуну. Он мне сказал: «Мы дали крестьянам свободу для того, чтобы они сами выбирали приемлемые для них рынки сбыта, выгодных покупателей, а вы тянете нас в Госплан». То есть он каким-то образом связал американский опыт с советским Госпланом. Наверное, потому, что раньше в Госплане работал».
Комментариев нет:
Отправить комментарий